Платон, Плотин и Баламут. О фантастике, кино и не только - Марат Исангазин

– Я слышала, что ты помолвлен…

– Я был помолвлен. Что касается тебя, это не имеет никакого отношения к моей настоящей жизни. Я только один раз думал о женитьбе, Сьюзан. И предложение остается в силе.

И они целуются.

Совершенно непонятный диалог, если исходить только из логики данного фильма. Но он указывает на фильм другой. Напомню, что изначально «После «Долины кукол» должен был стать продолжением «Долины кукол» с участием актрисы Барбары Паркинс, сыгравшей в первом фильме 1967 года Анну Уэллс. Однако привыкший считать деньги Расс МАЙЕР решил сэкономить на гонораре, предназначенном для актрисы, и заменил ее другой, менее известной. На что автор оригинального романа Жаклин СЬЮЗАНН потребовала убрать из фильма все имена, которые могут напоминать ее книгу. В итоге было заявлено, что новый фильм не имеет никакого отношения к предыдущему.

И это действительно так. Кроме вышепроцитированного диалога. Он, как раз, и остался, непереваренный, от предыдущего варианта сценария. Сьюзен – это Анна Уэллс, Бакстер – это Лион Бёрк. Он-то и заявлял в первом фильме, что женитьба – не для него. А в самом конце первого фильма предлагал ей выйти за него замуж, но она отказалась.

Но самое интересное не это. Отвергнутая актриса Барбара Паркинс все же вновь встретилась с «Долиной кукол», сыграв фильме-биографии о Жаклин СЬЮЗАНН «Скандальная я!» 1998 года литературного агента писательницы – Анни Лаури Уильямс. По ходу действия она присутствует вместе с СЬЮЗАНН на съемках знаменитого эпизода фильма, когда Нили О'Хара срывает с головы стареющей актрисы Хелен Лоусон парик, открывая ее седину. И эта самая Анни Лаури, которую, напоминаю, играет Барбара Паркинс, в байопике спрашивает: «А где же Барбара Паркинс?», на что ей отвечают, что в этой сцене та не играет. То есть она захотела посмотреть на саму себя. Такая вот шутка создателей «Скандальной я!».

P. S. В фильме «После «Долины кукол» свой первый в жизни эпизод получила Пэм Гриер, которая потом снялась в главной роли в «Джеки Браун» Квентина Тарантино. Правда, к сегодняшнему дню уже никто не в состоянии определить, кого она там играет в толпе тусующихся.

На самом деле, мало кто правильно понял фильм Дэвида ФИНЧЕРА «Se7en»

«Семь» начинается как детектив, продолжается как триллер и заканчивается как фильм ужасов. Режиссеру Дэвиду ФИНЧЕРУ повезло, что сценарий оказался у New Line Cinema. Другая кинокомпания могла и не пойти ему навстречу. А New Line Cinema раскрутилась на цикле «Кошмар на улице вязов». Главный исполнительный директор по кинопроизводству Майкл Де Лука был поклонником графических романов Франка Миллера о «Городе грехов» и автором сценария карпентеровскогого «В пасти безумия» (1994 год).

Кинокритики

Вышедший в 1995 году фильм «Семь» не был встречен восторженными возгласами кинокритиков а-ля: «Новый Гоголь родился!». Скорее наоборот.

Джами Бернард в «Daily News»:

– Это «Молчание ягнят» для бедных, в котором два малосовместимых детективов пытаются угадать серийного убийцу. Название относится к семи смертным грехам: обжорству, жадности, лености, гордыне, похоти, зависти и гневу. Из них создатели фильма виновны в жадности и лености, и зрители наверняка пострадают от гнева.

Майкл Уилмингтон в «Chicago Tribune»:

– Большинство сцен малодостоверны, а это значит, к концу фильма дуэт полицейских сражается не только с безумным убийцей, но и с нестандартным сценаристом… Сценарист Эндрю Уокер вкладывает банальные диалоги в их уста, невозможные мотивы – в их души. Восьмой смертный грех наносит здесь больше ущерба, чем другие вместе взятые: плохой сценарий.

А вот блистательная Джанет Маслин из «Нью-Йорк таймс» – еще до того, как перешла из кинокритиков в книжные обозреватели:

– «Семь» включает в себя два знакомых типа детективов: дерзкий новичок (Брэд Питт) и стойкий ветеран, который находится на грани ухода из полиции (Морган Фримен). У молодого парня любящая и терпеливая жена (Гвинет Пэлтроу), поэтому в фильме он обращается с ней, как с собакой. Что касается ветерана, если вы догадаетесь, что до пенсии у него всего неделя, естественно, вы правы.

Все эти рецензии плюс еще полтора десятка других опубликованы в один день – 22 сентября 1995 года, в день премьеры в США (кинокритикам фильм показали заранее).

ФИНЧЕРУ неизменно тыкали пальцем в рану, нанесенную «Чужим-3», который он покинул, не начав монтировать (позже режиссер признался: нет, наверное, такого человека, который бы ненавидел этот фильм больше, чем он). Заявляли, что самый большой грех – искусственность приема с убийствами, каждое из которых посвящено одному из смертных грехов. Напоминали похожие идеи в «Кто убивает великих поваров Европы?» 1978 года (поваров умертвляли способами, связанными с их самыми известными блюдами) или в «Театре крови» 1973 года (здесь убивали, используя сцены смертей из пьес Шекспира).

Даже иронизировали по поводу биографии сценариста Уокера в связи с его работой в магазине по продаже компакт-дисков и видеокассет:

– С тех пор, как Квентин Тарантино раскрыл, что раньше работал в видеомагазине, информация такого рода проникает в официальные биографии все большего и большего числа кинематографистов.

Кто-то вспомнил и «Десять негритят» (точнее, «И никого не стало» – под этим названием роман публиковался в США) Агаты Кристи.

При бюджете 33 млн долларов, «Семь» заработал в прокате 327,3 миллиона. Из них 100 млн – в США.

Отрезанная голова

По официальной версии режиссеру, зарекшемуся после попытки с «Чужим-3» снимать большое кино, студия по ошибке направила не тот сценарий. Дочитав до конца, где серийный убийца, пообещав показать два пока не найденных трупа, вместе с полицейскими выехал за город – а там посыльный привез им коробку с головой жены детектива Миллза, тут же взъярившегося и застрелившего убийцу, осуществляя, тем самым, его замысел, ФИНЧЕР в восторге позвонил агенту. Тут-то и выяснился косяк.

Студия поправилась, но было поздно: импринтинг уже состоялся. ФИНЧЕР уперся: весь, мол, цимес фильма не в убийстве семи грешников – предсказуемо и банально, а в отрезанной голове. Это крючок, который вонзится в горло зрителя и не отпустит его. Пусть даже наживкой будет совсем другая история – про грехи, смертные в прямом смысле этого слова. ФИНЧЕРУ удалось убедить Брэда Питта, которого на роль выбирал не он. А Питт заставил студию включить в контракт пункт, что он снимается только при таком сценарии.

Как рассказывал ФИНЧЕР в январе 2009 года в интервью «The Guardian»:

– Мой агент, очень милый и позитивный, сказал: «Вы знаете, New Line Cinema интересуется сценарием. Вам может понравиться, и они могут захотеть сделать фильм вместе с вами, так что, возможно, стоит прочитать». Когда я добрался до самого конца – с головой в коробке – позвонил ему: «Это фантастично и здорово! Я начал читать как обычную полицейскую историю, но это оказалась медитация о зле и о том, как зло попадает в вас, и вы не можете избавиться от него», он недоумевал: «О чем ты?». А я говорил, что голова в коробке – шедевр. Жена детектива уже несколько часов мертва, а они про это не знают и осуществляют свои обычные процедуры. И нет в сценарии обычной чуши про парня, мчащегося по тротуарам, чтобы успеть спасти женщину, которая принимает душ в тот момент, когда серийный убийца пробирается внутрь через заднее окно. И тут до него доходит: «О! Они прислали тебе не тот черновик». И мне прислали правильный сценарий, где, естественно, были и парень, мчащийся через город по тротуарам, и серийный убийца, крадущийся в заднее окно. Но я уперся: это неинтересно! И встретился с Майком Де Лука, который в то время работал в New Line, заявив, что мне понравился первый вариант сценария, а не 13-й. И он ответил: «Мне тоже». И попросил: «Закройте дверь». А потом сказал: «Если мы войдем в диалог об возможных изменениях, то не сможем сделать понравившуюся вам версию, потому что будет еще 15 человек, которые будут смотреть через мое плечо по мере того, как мы будем двигаться по сценарию. Но если вы возьметесь